ТЕАТР «ПРИ ДВОРЕ»


Русский театральный коллектив в Кельне работает уже более 10 лет

Руководитель «ПриДВОРного театра» в Кельне Александр Потоцкий - режиссер, актер, выпускник школы-студии МХАТ им. Горького. Он работал в различных театрах Москвы, а в середине 90-х годов покинул Россию и решился переехать с семьей в Кельн. С режиссером театра побеседовала корреспондент «МК-Соотечественника».


Александр, вы выросли в театральной семье? 


Нет. Отца я не помню. Нас с сестрой и братом воспитывала одна мать. Дала

всем детям высшее образование. Но к искусству никто из них отношения не

имел.


И когда же проявился интерес к театру?


Рано. Еще маленьким мальчиком. Коммунальная квартира была большая, народу много... Я пытался подражать, изображать разные типажи людей. У меня была физическая потребность посещать театры, музеи, смотреть фильмы.


И это, конечно же, помогло вам поступить в школу-студию МХАТ?


Да. Все впечатления я складывал в свою духовную копилку и утолял свой

интеллектуальный голод. Но до поступления в школу-студию МХАТ я поступил в

МАИ (так хотела мама), а через год понял, что это совсем не мое.

Как складывалась после окончания школы-студии ваша актерская судьба?

Не просто. Окончив институт, я играл в разных театрах Москвы. В театре

«Советской Армии» я играл в таких спектаклях как: «Физики», «По ту сторону»,

«Барабанщица». Но все роли были небольшие. Для молодого человека,

пришедшего из института, дождаться серьезных, главных ролей, было

невозможно. В театре - 150 человек. Ждать приходилось годами. И только

случай мог изменить твою актерскую судьбу...


И случай пришел?


Нет, к сожалению. И в стадии ожидания я, как и многие актеры, гасил

депрессию и неудовлетворенность в алкоголе. К счастью, я нашел в себе силы и из периода ожидания просто перешел в другой театр - в Литературно-

драматический театр при ВТО (Всероссийское Театральное Общество). Потом

был «Независимый Театр». И я в этом театре почувствовал себя - независимым.

Появились интересные роли, на меня ставили спектакли, но... Грянула

перестройка. А вслед за ней, если помните, интерес к театру в тот период, совсем пропал!

Да, театры закрывались один за другим.

Все артисты оказались в плачевном состоянии. Кто как зарабатывал себе на

хлеб. Я торговать на рынке не умел, бизнесмен из меня тоже никакой... И мы с женой эмигрировали в Германию.


Так вы оказались в Кельне. Но связь с профессией, тем не менее, не

прервали?


С этой профессией порвать невозможно. Это образ жизни. Когда я появился в

Кельне, сразу нашел единомышленников. Был поставлен спектакль «Дневник

Анны Франк». Я принимал участие в спектакле в качестве актера. Запись этого

спектакля находится в Амстердаме, в музее «Анны Франк». Ставили А.П.Чехова:

«Предложение», «Юбилей»...

Но наступил момент, когда захотелось сделать что-то самому. Выступал на

литературно-поэтических вечерах. Потом была встреча с профессиональной

актрисой из Кишинева - Лилианой Вольников. И первый спектакль по

Злотникову «Мужчина и Женщина».


Когда появился «ПриДВОРный Театр»?


В 2000 году состоялась премьера «Мужчина и женщина» в театре «Am Hof». И

название театра родилось само собой. Двора у нас не было, и мы играем «при

дворе». Каламбур, но со смыслом.


Ваш репертуарный театр существует в одном составе?


Последние 7 лет мы играем в одном составе. Труппа у нас небольшая - шесть

человек. К сожалению, состав меняется вынуждено. Год назад ушла из жизни

замечательная профессиональная актриса, приехавшая из Ташкента, - Фаина

Полонская.


В труппе играют профессиональные актеры?


Я считаю, да. С дипломом, в котором записано: «Актер» - трое. А остальные

артисты, проработав успешно в театре столько лет, по праву заслужили это

почетное звание.


Сколько сыграно спектаклей за это время?


Трудно назвать точную цифру. А перечислить некоторые наименования можно:

«Лебединая песня» по Чехову, «Недоразумение» А.Камю, «Отец» Стринберга,

«Месье Амелькар платит»...


По какому принципу выбираете репертуар?


Я уверен, произведение должно иметь литературно-драматическую и

сценическую ценность. Дело в том, что я жил в то время, когда в СССР ставили в театрах «производственные» спектакли, с политической моралью. Приходилось играть парторгов, рабочих, колхозников.


Что вы имеете в виду, говоря о «актерской ценности»?


Можно назвать это актерской удачей, если хотите. Сыграть Соню в «Дяде Ване»

или Сару в «Иванове» по Чехову выпадает далеко не каждому актеру. Если ты

попал в категорию «актер второго плана» - будешь играть до пенсии в этом

«амплуа».


Вы играете только на русском языке. Почему?


У меня на этот счет есть определенная позиция. Свое место в культурной жизни Кельна я вижу в том, чтобы пропагандировать русский язык. Чтобы молодежь,приходила на наши спектакли и слышала правильную речь. Узнавала и открывала для себя русскую литературу. Хотелось бы пробуждать интерес к истории страны, из которой мы приехали.


Но можно знакомить немецкую публику с русским театром. Не пробовали

ли вы приглашать немецких актеров участвовать в ваших постановках? Или

были ли какие-то совместные проекты?


Можно было бы знакомить с русским театром в Германии, если бы была для

этого создана материальная база, залы с возможностью синхронного

перевода... Работая на немецком языке - у меня будет одна мысль - чтобы меня правильно поняли, чтобы я правильно произнес текст. Это уже не творчество.

Для меня как для актера - это пагубно. Я должен передавать свое

эмоциональное состояние на родном языке. Да и немецкую публику будет

раздражать и утомлять плохое произношение.


Так что конкурировать с немецким театром вы не хотите?


Это просто не нужно. Создавать группы для изучения немецкого языка с

использованием небольших инсценировок - это прекрасная идея, но это не

театр. А вот в совместных немецких проектах наш коллектив участвовал! Это

международные театральные фестивали, которые проводились в разные годы, в разных городах Германии. И одним из условий организаторов фестивалей было играть на родном языке. Мы выступали в Ганновере, Кельне. А один раз играли в Греции, в Салониках. Участвовали и во Всегерманском театральном фестивале современной драматургии в Штутгарте. Мы показали спектакль «Джон, любовь моя!» по пьесе Рей Куни на этом фестивале и актерам театра были присуждены дипломы «За лучший актерский ансамбль» и «За лучшую мужскую роль».


Можно ли сломать стереотипы, которые сложились у немецкого населения

относительно русских?


Есть разные немцы. Тем людям, которые мыслят штампами, не поможет и

посещение театра. Но есть и другие, которые знают и любят русскую

литературу и историю. И они приходят к нам на спектакли, потому что хотят

увидеть постановку и игру актеров на русском языке. Даже совсем не зная

русского языка. А есть категория немцев, изучающих русский язык - они стали

уже нашими постоянными зрителями.


Как вы относитесь к поиску новых форм в современном немецком театре?


Когда это оправданно, несет в себе какую-то задачу - почему нет. Здесь никого

не удивляют спектакли, в которых артисты работают голые, где Отелло топит

Дездемону, а Короля Лира играет женщина...


В вашем театральном опыте были подобные эксперименты?


Во время перестройки мы ставили много экспериментальных спектаклей. Я

играл в одном из них - «Ща 854» по роману А.И.Солженицына «Один день Ивана Денисовича». Было интересно. Эта постановка резко отличалась от всего, что ставили ранее.


Спасибо, Александр, за такой подробный и откровенный разговор. Я знаю,

что скоро у вас юбилей. И поэтому от лица всех зрителей хочу поблагодарить

за ваш самоотверженный труд и пожелать творческих успехов, здоровья. Что

бы вы хотели пожелать самому себе?


Терпения. И еще не могу не сказать о том, что не было бы «ПриДВОРного

Театра» без участия моей супруги - Елены Стопницкой, которая дает свет в

прямом и переносном смысле.

 

 

Нравится наш театр?
Расскажите о нас!

Лучшие предложения по доступным ценам!
Лучшие предложения по доступным ценам!
Русская жизнь Европы!
Русская жизнь Европы!
Германия по-русски
Германия по-русски